. Владимир Лазарис - ЗАМЕТКИ

Владимир Лазарис

ОБ АВТОРЕ
БИБЛИОГРАФИЯ
РЕЦЕНЗИИ
ИНТЕРВЬЮ
РАДИО
ЗАМЕТКИ
АРХИВ
ГОСТЕВАЯ КНИГА
ГЛАВНАЯ СТРАНИЦА

Владимир Лазарис








ЗАМЕТКИ


Ко всем читателям заметок: если вы цитируете их в ЖЖ, газетах и журналах, указывайте адрес сайта и не пишите, что это – цитаты из моих радиопередач. Это – сугубо личные заметки, не имеющие никакого отношения к радиостанции «Голос Израиля» и отражающие только авторскую точку зрения.



30.10.17

Из перевода с иврита: «Когда Нетаниягу отбывал свой первый срок на посту премьер-министра...»


28.10.17

Из прогноза Равит Гехт в «Гаарец»: «Есть два варианта окончания эпохи Биби, не связанные с предъявлением ему обвинительного заключения. Первый: массовая эвакуация поселенцев. Второй – его добровольная отставка.

Первого никогда не произойдет. Второго не видно на горизонте».

Говоря о лоялистах Биби, Гехт назвала их «бибистами». Есть определение получше – бибиситтеры.

***

Столетие декларации Бальфура, даровавшей еврейскому народу «национальный очаг» в Палестине, можно суммировать в двух цифрах: шестьдесят семь слов и сто лет конфликта.

«Сто лет одиночества» уже написано. Сто лет конфликта ждет своего автора.

***

На время проведения колоноскопии, которую Нетаниягу прошел под наркозом, обязанности главы правительства в течение получаса исполняла министр культуры и спорта Мири Регев.

Вот они – тридцать минут славы. У факира хотя бы – целый час, а Регев – только пол-факира.


26.10.17

Ушедшая на пенсию председатель Верховного суда Мирьям Наор пошла по стопам своих предшественников и приурочила к сегодняшней церемонии оглашение прецедентного судебного решения: в Тель-Авиве разрешено торговать по субботам.

Десять лет подряд ультраортодоксальные партии пытались добиться противоположного решения, чтобы превратить вольный город в подневольный. Не вышло!

Но радоваться еще рано, потому что сегодня светское население одержало победу в одном бою, тогда как битва за будущее Израиля продолжается полным ходом, и у мракобесов хватает несметного воинства, чей авангард успешно делает свое дело в кнессете. Там-то и состоится следующий бой. Там будут протаскивать новые антидемократические законы во славу государства Галахи, которое должно сменить Государство Израиль.

Мы до этого не доживем, а что же будет с нашими детьми и внуками?

Об этом знает только Тот, кто назвал свой народ «избранным», ничего не сказав о народных избранниках. А они-то и хотят навязать всему народу жизнь, состоящую из одних запретов.

***

Из перевода с иврита: «Река Иордан страдала от загрязнения».

Бедный Иордан – надо же, как он страдал!

Счастливая Волга впадает в Каспийское море, а несчастный Иордан впал в депрессию.

***

При выезде из Иерусалима красуется огромный плакат: «Праматерь Рахель ждет ваших просьб. Звонить по телефону 1-700-700-863.

А телефона Всевышнего нет?


24.10.17

Вчера, с трибуны кнессета, президент Израиля Реувен Ривлин обвинил правительство в «перевороте». Какие только обвинения он не бросил в лицо Нетаниягу и его министрам: тут и потеря государственности, и узурпация власти большинством, и стремление подмять под себя Верховный суд, и политизация всех аспектов жизнедеятельности государства, и подавление СМИ, и правитель, изображающий из себя жертву (надо было видеть лицо Нетаниягу). А финал: «После нас – потоп». Без «хоть». Потому что потоп, действительно, может накрыть Израиль, который такими темпами превратится в новую Атлантиду. Не после войн с арабами, а после войн евреев друг с другом, что в свое время уже привело к разрушению двух иерусалимских храмов.

Депутаты «Ликуда» обрушили на президента потоки помоев, заявив, что «он не на нашей стороне». Это какой же именно? Как она выглядит – «ваша сторона»? И почему президент, стоящий над схваткой, должен занимать ту или иную партийно-политическую сторону? Да, он – из ветеранов «Ликуда», и что же? Вчера он выступил в роли того самого «ответственного взрослого», который видит из окна, как обкурившиеся подростки хамят прохожим, бьют бутылки и лупят кошек, и вызывает полицию.

Что же ответил Нетаниягу президенту, которого он никогда не хотел видеть президентом?

«Индустрия нагнетания истерии привела к появлению целого слоя новых людей – людей с кислыми лицами. Я понимаю вас, люди с кислыми лицами, вам трудно. Вы постоянно угнетены, вы прокисли от хороших новостей, вы всегда чем-то недовольны, вы жалуетесь и проклинаете. Так что же осталось? Сигары?»

Еще остались ящики шампанского и тайные переговоры с владельцем «Йедиот» об ослаблении его конкурентов в обмен на «позитивную прессу». Так и создаются «хорошие новости», о которых говорил Нетаниягу – по предварительной договоренности за хорошее вознаграждение их изготовителям. Потому что нужно сильно постараться, чтобы в такое время, как сейчас, выпекать хорошие новости.

Но мы к этому идем. Канцелярия Нетаниягу давно функционирует, как Министерство правды. А его рупор «Исраэль ха-йом» – как флагман хороших новостей. Плохие там просто не печатают.

С остальными СМИ Нетаниягу уже расправился: от «Маарив» остались рожки да ножки; растерявшая тираж «Йедиот» ищет покупателя; Гостелерадио уничтожено, а заменившая его корпорация общественного вещания скорее лижет сиятельную задницу, чем кусает ее и грызет, как подобает «цепным псам демократии». Через две недели ослабнет второй телеканал, да и десятый не вылезает из долгов. Что же остается?

Заканчивать сводки погоды новым дополнением: «Завтра потопа не ожидается».

***

Из всех законопроектов, которые сразу вызвали бурю с началом зимней сессии кнесета, самым спорным несомненно стал тот, который можно назвать «законом об иммунитете главы правительства». Толкование этого первого в израильской истории закона предложил председатель комиссии по внутренним делам, депутат Давид Амсалем («Ликуд»). В его трактовке, полиции запрещено расследовать дела, связанные с действующим главой правительства, если только речь не идет о совершении тяжкого преступления. Иначе «это подрывает доверие общественности к избранному главе правительства».

Как же Амсалем толкует «тяжкое преступление»? На этот вопрос он не ответил, но очевидно, что под это определение не подпадают два уголовных дела о коррупции, по которым проходит подозреваемый Биньямин Нетаниягу.

Поскольку закон не имеет ретроактивной силы, полиция продолжит расследование «дела 1000» (противозаконные подарки) и «дела 2000» (тайные переговоры с владельцем «Йедиот ахронот»).

Примечательно, что в законопроекте Амсалема речь идет не о новом главе правительства, а лишь о следующем сроке на его посту. Поэтому в случае принятия такого закона Нетаниягу может распустить кнессет, объявить новые выборы и, в случае переизбрания, против него нельзя будет начать никаких уголовных дел, кроме продолжения двух упомянутых.

Другим элементом данного закона является ограничение срока пребывания премьера в должности. В Израиле такого ограничения нет, хотя в кнессет уже было внесено несколько аналогичных предложений с тем, чтобы ограничить премьера двумя сроками по четыре года каждый, т.е. восемью годами на посту. Тогда как Нетаниягу уже занимает свой пост восемь лет подряд, а в общей сложности – 11 лет.

Так что, теоретически, Нетаниягу сможет остаться на посту бессрочно.

Резче всех предложенный законопроект раскритиковали как раз те, кто призван охранять закон. Министр юстиции считает, что «надо проверить его моральность». Госпрокурор: «Воздержание от расследования действующего главы правительства является ошибочным по сути, подрывая честь и достоинство как самого лидера, так и всего государства, которому будет причинен сильнейший ущерб». А генпрокурор назвал подобное предложение «абсурдным» и добавил: «Запрет расследовать дела главы правительства – это убежище для преступника».

В последнем содержится явный намек и предупреждение, если не угроза. Возникает ощущение, что в ответ на новую атаку Нетаниягу и его вассалов полиция и прокуратура сделают все возможное, чтобы в самое короткое время передать в суд оба дела Нетаниягу.

Дойдет ли до этого? И что будет потом?

Ясно, что буря из-за попытки поставить Нетаниягу над законом и гарантировать ему неподсудность (это в Древнем Риме жена цезаря вне подозрений, а у нас – сам цезарь) уляжется, потому что такой закон даже не дойдет до голосования. Но это – лишь пробный шар для проверки того, до какой степени поглупел народ, среди которого сегодня трудно найти даже одного праведника на случай потопа.


20.10.17

Вчерашние демонстрации ультраортодоксов по всей стране наглядно показали, что никто не собирается их арестовывать и судить за нарушение общественного порядка, и, что еще опаснее – за гражданское неповиновение.

Тысячи йешиботников сидели на земле, парализовав движение транспорта и перекрыв въезд в Иерусалим, и скандировали: «Умрем – служить не пойдем!»

Призыв в армию они называют «карой». Израиль – «чужбиной». Правительство – «еретиками». А себя – «узниками мира Торы».

Но ведь они и так не служат в армии, ежегодно получая законное освобождение, за которым надо только прийти в военкомат и заявить: «Изучение Торы – мое ремесло». И дело – в шляпе. Той самой, черной и широкополой, под которой кипят незрелые и неуравновешенные мозги йешиботников из «Иерусалимской фракции». Так называется это воинство одичавшего раввина Шмуэля Ойербаха.

Да, воинство. В Армии обороны Израиля они служить не хотят. А в армии раввина Ойербаха служат верой и правдой, перекрывая шоссе, сталкиваясь с полицией и оскорбляя прохожих, в которых они плюют.

Можно было бы отмахнуться от этих экстремистов, но в том-то и беда, что они задают тон в ультраортодоксальном секторе, толкая его к новой кампании борьбы с государством и нескончаемой конфронтапии со светским населением.

Шесть часов были перекрыты дороги. Шесть часов! А что же полиция? Она получила приказ избегать всякого насилия – ни кавалерии, ни водометов, ни звуковых пушек. Иными словами, полиция избегает насилия, а ультраортодоксы – нет. Где же логика? Ее тоже нет. Как нет в помине равного отношения полиции к любым демонстрациям, ставящим под угрозу общественный порядок.

В результате связь Юпитера и быка остается в еврейском государстве столь же неразрывной, что и в Древнем Риме.

***

Соусом к давним размышлениям об умирании сатиры в Израиле стала статья Лилах Волах в «Гаарец», где вещи названы своими именами: «Сатира не сокрушает режим, не предотвращает войн, и по сути не делает ничего. Так кому вообще нужна сатира и для чего ей заниматься?»

Похоже, что детонатором для публикации на иврите стала статья Гуго Рифкинда полугодовой давности из лондонской «Таймс» «Смейся, сколько влезет – сатира ничего не изменит».

Было время, когда сатира многое меняла. Когда ее боялись. В Израиле это было в 70-х, когда родилась и умерла знаменитая «Никуй рош» («Головомойка»). Все попытки возрождения зубастой и смертоносной сатиры, от «Кукол» до «Эрец неэдерет» («Замечательная страна»), оказались в разной степени неудачными. Разве что израильский вариант «Кукол» назывался «Харцуфим» – чудный симбиоз слова «хара» (говно) с «парцуфим» (рожи). Так и выглядят наши политики (только наши?) до сих пор, когда над ними уже никто не смеется.

Скорее, это они смеются над нами. Особенно, на выборах. Убеждая, что «левые» – это плохо, а «правые» – хорошо, и затемняя все меньшие различия между теми и другими.

Тут-то и пришелся к месту вопрос Лилах Волах: «Почему большинство сатирикво во всем мире становятся рупором местных левых? Потому что большинство правительств – правые. Хотите избавится от этих леваков на своем телеэкране? Выберите левое правительство».

***

Основатель и владелец «Сано» Бруно Ландсберг знал, как назвать компанию бытовой химии. Из знаменитого латинского афоризма о здоровом духе в здоровом теле он взял последнее слово «сано», и тело подвело его только в возрасте 97 лет. Причем здоровый дух он сохранил до последних дней.

И откуда же он такой взялся? Из Черновиц, откуда в 1941 году бежал в Саратов, а потом – в Бухару. Сколько рассказов для русских газет, русского радио и ТВ унес с собой в могилу старик Бруно, умевший вставить в разговоре такое словцо, от которого покраснели бы даже биндюжники.

***

Что за страна Израиль! Только у нас может появиться статья под заголовком «Были или не были на самом деле библейские истории?»

А разве кто-то в этом сомневается? Я – нет.


16.10.17

Израиль весьма своеобразно приветствовал прибывшего с первым визитом министра обороны России Сергея Шойгу: ВВС уничтожили сирийскую зенитную батарею, которая обстреляла израильский самолет.

Российское командование в Сирии предупредили в ту минуту, когда израильский летчик сообщил на базу: «Цель вижу».

Что из этого следует? Что Шойгу будет, о чем говорить, с его коллегой Авигдором Либерманом, обсуждая положение в Сирии, где даже двухлетняя военная помощь России не дала Башару Асаду полной и окончательной победы в войне, которая длится дольше, чем Вторая мировая.

***

Другую войну – за политическое выживание – ведет Нетаниягу, который обрушился на генинспектора полиции за то, что тот никак не прекратит следствие по двум коррупционным делам нашего премьера, да еще санкционирует новые допросы.

Может, и тут Россия поможет?

***

Новая попытка закрыть Корпорацию общественного вещания приводит к не такой уж глупой мысли: а не закрыть ли все СМИ? Ни тебе радио, ни телевидения, ни газет. Да и зачем, когда сегодня каждый обладатель мобильного телефона превратился в мобильное СМИ: то, что он пишет, можно прочесть в любой точке земного шара. А если сравнить умственные способности некоторых людей с очень серым веществом президента США, их тексты определенно будут интереснее, чем детский лепет мистера Трампа.

Если же кто-то возразит, что, мол, нельзя подменять профессиональных журналистов дилетантами и профанами, тут-то и зарыта собака. Потому что профессионализм инженера или врача определить просто, а кого считать профессиональным журналистом? Того, у кого запас слов немного больше, чем у Эллочки-людоедки? Того, кто бережно хранит диплом журфака советского ВУЗа? Или всякого, кто получил высшее образование, и считает себя журналистом?


14.10.17

Президент США произнес речь, посвященную ядерному соглашению с Ираном. Те, кто ожидал от него денонсации этого соглашения, были разочарованы. Европейские радетели Ирана, жаждущие и дальше с ним торговать, довольны: соглашение осталось в силе, как и «политика сдерживания». Помнится, та же политика была в моде в 30-х годах, когда Европа «сдерживала» Гитлера. Дело кончилось Второй мировой войной.

Так где же логика? Судя по контексту речи, в мире нет более опасного и преступного режима, чем Иран. Разве что Северная Корея с ее «ракетным пончиком». Как только не клеймил Трамп аятолл! Чего только не говорил об атомной бомбе, которую он не позволит им заполучить. А до этого тот же Трамп заявил о «наихудшей сделке», заключенной Западом с Ираном.

И что же? Сказав «А» (атом), надо сказать и «Б» (безумцы).

Но Трамп не сказал «Б». Он сразу перешел к «Д» (Дональд).

Бедная логика. Бедная Америка. Бедный мир. Чего ему ждать от американского президента, у которого обе руки – левые, и он непрестанно «чирикает» ими в Твиттере вместо того, чтобы закончить ускоренный курс управления государством и понять, что ему можно, а чего ни в коем случае нельзя. Надо бы спрятать от Трампа «ядерный чемоданчик», а то ведь возьмет и нажмет на кнопку.

***

Показанный по российскому телеканалу ОРТ документальный фильм о легендарном Киме Филби «Тайная война» (так назывались его официальные мемуары) оказался предсказуемо скучным, тривиальным и тенденциозным.

Впрочем, и здесь тоже надо было искать женщину. И не одну, а двух.

О третьей (американской) жене Филби было сказано, что она приехала к нему в Москву, прожила там год и уехала в Америку, где «написала какую-то книгу».

Да не «какую-то», а бестселлер «Шпион, которого я любила», до сих пор представляющую большой интерес, благодаря проницательному женскому взгляду на шпионов, советский быт и Москву 60-х годов.

Рассказывая о многолетних подозрениях Филби в шпионаже и о том, как в родной Англии удавка сжималась на его шее все туже, один из ветеранов КГБ бросил: «И тут еще какая-то женщина где-то рассказала, что Филби пытался ее завербовать».

Да не «какая-то» и не «где-то». Это была знаменитая уроженка России, пламенная сионистка Флора Соломон, близкий друг президента Хаима Вейцмана, умершая в 1984 году. В Верхней Галилее в ее честь посажен лес. Кстати, ее сын, Петер Бененсон, был основателем Amnesty International.

Девять лет назад я уже писал о ней и даже поместил ее фотографию.

По следам российского фильма приходится цитировать самого себя, чтобы повторить только один факт, имеющий отношение к делу:

«Будучи в Израиле в 1962 году, Флора Соломон, на приеме в ее честь, рассказала своему собеседнику о работающем в Бейруте английском журналисте Киме Филби, который в своих корреспонденциях с Ближнего Востока занимает откровенно проарабскую позицию. По словам Соломон, она всегда знала, что Филби работал на русских.

Поскольку даже у стен есть уши, слова Соломон были услышаны и доведены до сведения сначала израильской, а потом и английской разведки, подозревавшей Филби еще с начала 50-х годов. Последняя незамедлительно отправила к Соломон своего человека, которому она заявила, что никогда не станет давать против Филби показаний в суде, но признала, что он сам рассказал ей о своей шпионской работе и даже пытался ее завербовать. Дальнейшее стало началом конца великого Филби».

Впрочем, фильм «Тайная война» стоило посмотреть ради одного-единственного кадра: четвертая (русская) жена Филби вспомнила, как смеялся великий разведчик, посмотрев «Семнадцать мгновений весны». Как сказал Филби о Штирлице: «С таким лицом он сразу провалился бы».


13.10.17

Новым генсеком ЮНЕСКО была избрана французская еврейка Одри Азулай, бывший министр культуры Франции, немного знающая иврит, которая обошла кандидатов из Ирака, Катара, Египта, Ливана, Гватемалы, Азербайджана, Вьетнама и Китая.

От того, кто станет генсеком ЮНЕСКО, в немалой степени зависит исход нынешнего кризиса, вызванного решением США выйти из этой антиизраильской организации. Что же теперь решит президент Трамп? Выйдет или нет?

Одри Азулай 45 лет, она родилась в Париже в еврейской семье из Марокко и получила два диплома бакалавра в сфере менеджмента. Пост министра культуры она занимала чуть больше года, но за это время успела разработать проект резолюции о сохранении объектов культурного наследия в зонах военных конфликтов, которая была внесена в Совбез ООН Францией, Италией и ЮНЕСКО и принята единогласно.

Отец Одри Азулай, Андре Азулай поддерживает связи с Израилем. Он – один из видных руководителей еврейской общины Марокко, занимающий пост советника короля Мохаммеда VI, что имело решающее значение для лоббирования кандидатуры его дочери среди арабских государств-членов ЮНЕСКО.

Не исключено, что, испугавшись американской угрозы лишить ЮНЕСКО четверти ее бюджета, поставив эту организацию на грань финансового краха, ее исполком решил выбрать своим генсеком французскую еврейку, что устроит и американцев, и, особенно, израильтян.

Вот только не рано ли мы радуемся: в одном из интервью Одри Азулай сказала, что «выросла в очень левом окружении, и была подвержена политическоиу влиянию во всем, что касается израильско-палестинского конфликта».

Назвав ЮНЕСКО «театром абсурда», глава правительства Израиля вряд ли уловил звуковое сходство ее аббревиатуры с основателем театра абсурда Эженом Ионеско.

***

В ближайшие месяцы в обращение поступят новые банкноты с первым изображением двух женщин – классиков современной израильской литературы Рахель (Блувштейн) и Леи Гольдберг. Собственно, фамилию Рахель называю только для иностранцев: в родной стране ее все знают по имени – от школьников до университетских профессоров.

Портрет Рахель будет красоваться на красном банкноте в 20 шекелей, а Леи Гольдберг – на оранжевом в 100 шекелей.

О чем это говорит?

Во-первых, о новой победе феминизма.

Во-вторых, о полном шоке для ультраортодоксов, которым теперь придется изо дня в день – о, ужас! – мусолить в руках женские лица.

В третьих, у нас, наконец, появилась табель о рангах: только теперь выяснилось, что Лея Гольдберг ровно в пять раз дороже, чем Рахель.


12.10.17

Осталось полтора часа до пресс-конференции в Каире, где ХАМАС и ФАТХ собираются объявить о перемирии. Ровно десять лет спустя после военного переворота в секторе Газа, где боевики ХАМАСА перебили часть людей Абу-Мазена, а остальных пустили голыми прямиком в Рамаллу, одни террористы помирились с другими. И заявили, что открывают «новую страницу в истории нашего народа».

Ни слова о том, что эта страница, как и все предыдущие, будет залита еврейской кровью,если ХАМАС не разоружен и в любую минуту может снова использовать свой ракетный арсенал против Израиля.

Впрочем, одно преимущество в этом перемирии есть: теперь все миротворцы увидят, что из себя представляют наши «партнеры по мирным переговорам», если рядом с волками в овечьей шкуре (ФАТХ) усядутся в одном правительстве просто волки (ХАМАС).

ХАМАС не будет ХАМАСОМ, если согласится на разоружение, ибо вся его идеология состоит в войне с Израилем. Точка. В то же время главари ХАМАСА давно поняли, что не могут управлять сектором Газа и не в состоянии решать его гражданские проблемы – от канализации до социальной помощи. Поэтому они хотят, чтобы Абу-Мазен взял на себя канализацию, а ФАТХ – роль гражданской администрации, оставив ХАМАСУ войну с Израилем.

В таком раскладе есть явное подражание модели Хизбаллы: пока ливанская центральная власть прокладывает дороги на юге и заботится о канализации, Хизбалла готовится к новой войне с Израилем.

Но Абу-Мазену не нужна канализация в Газе – ему хватает своей в Рамалле. Поэтому он настаивает на разоружении ХАМАСА, чтобы вернуть себе полную власть в Палестинской автономии.

В такой, казалось бы, тупиковой ситуации, египетские посредники поставили Абу-Мазену ультиматум: либо он соглашается на перемирие, либо его заменят кровным врагом по имени Мухаммад Дахлан, которого давно выгнали из руководства ФАТХА, как раскольника. Но за это время Дахлан обзавелся покровителями и спонсорами среди эмиратов Персидского залива и привез в сектор Газа столько денег, что стал любимцем ХАМАСА.

Что сделает в такой ситуации Абу-Мазен, который опоздал уйти на почетную пенсию и может дождаться позорной отставки? По всей видимости, согласится на то, чтобы оставить вопрос о разоружении ХАМАСА на отдаленное будущее. А пока... пока он продолжит заниматься любимым делом – вояжами по всему миру, чтобы пудрить ему мозги о единстве миролюбивого палестинского народа, которому не дают жить израильские оккупанты.

Какую политику будет теперь вести главный радетель палестинцев – Евросоюз, учитывая, что ХАМАС по праву числится в списке террористических организаций? И что надумает президент Трамп, полагавший, что израильско-палестинский конфликт можно решить с наскока путем уговора обеих сторон? Уговорами не получится. С волками жить – это про нас.


11.10.17

На очередном заседании библейского кружка в резиденции главы правительства Нетаниягу сказал: «Хасмонеи продержались только восемьдесят лет – нам надо сделать все возможное, чтобы гарантировать, что Израиль просуществует до своего столетия».

Один из участников кружка добавил, что, по словам Нетаниягу, «наше существование не является чем-то само собой разумеющимся», и он сделает все, чтобы защитить страну.

Вот теперь все ясно. Без Нетаниягу у Израиля нет ни малейшего шанса дотянуть до ста лет. А поскольку в будущем году он отметит лишь семидесятый день рождения, всем должно быть ясно, как Божий день, что только во главе с бессменным Биньямином Нетаниягу мы продержимся, по крайней мере, еще тридцать лет.

Живи и правь, Биньямин Первый, здравствуй и царствуй во веки веков, чтобы хилое еврейское государство как-нибудь доковыляло до своего столетия, не имея другого такого защитника и благодетеля. Спасибо тебе, царь-батюшка, что гарантировал нам хотя бы тридцать лет, за которыми наверняка последует Потоп.

К чему теперь следствие? К чему выборы? К чему эти окаянные СМИ, которые изо дня в день раскрывают все новые проделки нашего владыки и царицы Сары? Неужто они не понимают, что как только Биньямин Нетаниягу уйдет (или его снова скинут), Израилю конец? Неужто не понимают, что Израиль – это Нетаниягу, а Нетаниягу – это Израиль? Он у нас и ЦАХАЛ, и кнессет, и Верховный суд. Короче, един в трех лицах, а продолжение все знают.

Так что берегите, как зеницу ока, Биньямина Нетаниягу от склероза, свинки и избыточного веса, чтобы, не дай Бог, Израиль не лишился своего единственного шанса остаться на карте мира.

***

Текучка не позволила вовремя отозваться на новое развлечение мальчишек и девчонок: раздобыв костюмы клоунов и страшные маски, они уже с неделю пугают прохожих по всей стране, посеяв настоящую панику.

Мало полиции террористов, так еще новоявленные «клоуны» стали для нее сильнейшей головной болью. Не говоря о том, что настоящие террористы могут взять клоунский костюм на вооружение.

Сами «клоуны» думают, что это – забавное озорство, не понимая, что в такой ситуации оно сразу превращается в наказуемое преступление под названием «нарушение общественного порядка».

Мы выросли на добрых клоунах. Без кавычек. Тогда как само словосочетание «злые клоуны» – явный нонсенс. Почти за девяносто лет пуримских карнавалов в Израиле никогда не было клоунов в страшных масках. А тут – клыки, рога, кровь... Как не испугаться, когда из темноты на тебя прыгает такое. Разве что без крика «Жизнь или кошелек!»

Это что-то напоминало. Из давно прочитанного. И только неделю спустя после начала «клоунады» в памяти всплыл рассказ «Отец Амвросий» из книги Льва Шейнина «Записки следователя».

«Виктор задумал новое дело: грабить прохожих не просто, как раньше, а с мистикой, с психологией. Были сшиты белые саваны с черными крестами и маски для лиц.

Ночью Виктор и его товарищи прятались где-нибудь у городского кладбища. Появляется прохожий. Ночь. Тишина.

И вдруг прямо с кладбищенской стены тихо слезает одно, два, три привидения. Прямо направляются к прохожему. Сдавленный крик. Обморок.

Дело оказалось прибыльным и верным. Почти всегда обходилось без лишнего шума. Раз только одна женщина, упав на тротуар, так и не встала: разрыв сердца».

До грабежей у нас дело не дошло и, намного важнее, все живы. Но никто не знает, что будет дальше, если не остановить эту «клоунаду» раз и навсегда.

Уже появились «охотники на клоунов», вооруженные ножами и кастетами. А это вдвойне опасно, как всякий самосуд.

Больше всех происходящее переживают настоящие добрые клоуны, которых называют «медицинскими»: они приходят в палату к больным детям, чтобы хоть немного отвлечь их от болезни смехотерапией. Как говорят добрые клоуны, они до смерти боятся, что их примут за «злых», и они просто не дойдут до палаты.

Подводя итог, можно считать уличную «клоунаду» еще одним проявлением всеобщего озверения, охватившего и взрослых, и детей, для которых закон и порядок больше ничего не значат – главное, повеселиться.


10.10.17

В ночь с 6 на 7 октября в Иерусалиме, на 87-м году жизни скончался переводчик, литературный критик, популяризатор научной литературы, публицист и редактор Рафаил Нудельман.

Так начинаются все официальные некрологи. Для других это – информация. Для меня – удар под дых. Как же так? Кому теперь написать и кто сразу отзовется в том неповторимом стиле и духе, которые остались в прошлом веке? Кто отстучит на клавиатуре отголоски твоих мыслей, опечалится твоей печалью и засмеется твоим смехом? Кто еще поймет твое самое сокровенное и кому теперь захочется его показать?

Для авторов некрологов он – Рафаил Ильич. Для меня – Рафа. Для них – родился, учился, преподавал, печатал. Для меня – жил. Жил на свете старый друг Рафа, с которым мы познакомились в Москве в годы отказа, делая самиздатский журнал «Евреи в СССР».

Когда же это было? Страшно сказать, сорок три года назад – в другой стране, в другой жизни, где мы были молоды, красивы, веселы и чудовищно легкомысленны в борьбе с советской властью. С нашим детищем на слепой папиросной бумаге мы легко могли угодить за решетку, но пронесло. Рафа уехал в 1975-м, я – в 1977-м.

И снова встретились уже в Израиле, где он долгие годы издавал журнал «22», установив недостижимую планку для всех местных журналов как на русском языке,так и на иврите.

В 60-х годах Рафа первым открыл русскому читателю фантастику Лема. В 70-х (с Ильей Рубиным) открыл еврейскому читателю его прошлое и настоящее. А с начала 2000-х стал первым (с женой Аллой), кто открыл читателям волшебный мир израильского писателя Меира Шалева, по гроб жизни обязанного им своим огромным успехом в России.

Борух Горин, главный редактор московского издательства «Книжники», с которым долго и плодотворно работал Рафа, назвал его кончину «концом эпохи блестящего перевода с иврита». Но дело не только в переводе. Внесенный Бродским в календарь «конец прекрасной эпохи» настал в ту минуту, когда один за другим ушли хранители, радетели и певцы русской словесности. Ветеран классической русской школы перевода, Рафа оставался одним из последних - всесторонне образованный, широко эрудированный, оригинально мыслящий человек книжной культуры, всегда умевший соединить связь времен. Всякий раз, когда мы говорили, было ощущение, что он прислушивается к времени, извлекая из него нужные звуки и цвета.

Рафа действительно был блистательным переводчиком, можно сказать, идеальным для любого автора, за которого брался, чувствуя и понимая самый многоступенчатый замысел.

Вот что он написал мне о романе Гроссмана «Вошла лошадь в бар»:

«... меня "схватило" – я понял, что предстоит трагическое обнажение изуродованной в детстве души и этот сеанс духовного стриптиза, что под конец, когда он перестает без конца перебивать свои потуги рассмешить своими же потугами клоунады, меня уже поволокло по камням истории этого ужасного треугольника судеб отца, матери и сына (...) мне показалось, что я поймал, как эту вещь сделать».

После долгих лет перевода с польского и английского иврит стал для Рафы не просто творческим вызовом, но той неведомой планетой, на которую он (с его-то одержимостью фантастикой) прилетел, чтобы там жить.

Рафе не нужны ни сравнения, ни мерки: так, как он, у нас никто не переводил. А еще он был великолепным редактором, не переставая ужасаться деградации современного русского языка.

Рафы больше нет. Что же от него осталось? Конечно, много книг – и своих, и переводов. И его предостережение из предисловия к сборнику стихов Ильи Рубина: «Трагическое ощущущение угрозы, которая нависла над нравственностью в современном дичающем мире».

А еще остались его письма.

«Тут такое серое безумие, что и передать нельзя. Соревнование по демагогии, ксенофобии, «безоглядной решимости» и глупости».

«В наши дни, когда и в политике, и в (русскоязычной) журналистике правят бал невежество, демагогия и остервенелость, твой спокойно-язвительный голос доставил мне истинное наслаждение».

«Будем делать свое дело. Бей в барабан и не бойся беды. Или бойся, но все равно бей».

«... правда за нами (а будущее, довольно мрачное, впереди нас), но в конце концов мы победим бакалейщиков, хотя бы потому, что маятник истории всегда качается».

И маятник жизни тоже. В ночь с 6 на 7 октября он качнулся последний раз.

Говорят, что тот, кто умер в праздничные дни, попадает прямо в рай. Так что Рафа попал по адресу.

Кем был Рафа для тех, кто пришел его проводить? Что они вспомнили в ту минуту, когда завернутое в саван тело на носилках вынесли в большой зал для прощания? О чем подумали, услышав: «Рафаэль бен Эли, мы просим у тебя прощения. Прости нас!»

За что я прошу прощения у Рафы? За то, что не успел сказать, как его люблю. За то, что так редко виделся с ним и не успел наговориться.

Рафу похоронили не в земле, которой здесь давно на всех не хватает: он лежит в стенной нише, заложенной плитой, перед которой остался скромный букет, несколько камешков и две свечи, потухших на ветру.

А вид! Весь Иерусалим под ногами, все небо над головой, и где-то там – Незримый и Непостижимый, забравший к себе Рафаэля бен Эли, которого мы знали как Рафу.

Еврейская традиция требует склонить голову перед умершим со словами: «Да будет благословенна его память!» Память о Рафе сохранится до тех пор, пока люди будут читать написанные и переведенные им книги. Пока будут читать.


9.10.17

Недавняя бойня в Лас-Вегасе, где один стрелок убил 58 человек, потрясла весь мир. Почему ничего подобного не может случиться в Израиле, где многие граждане вооружены, где мужчины и женщины проходят обязательную военную службу, владея разными видами огнестрельного оружия, а потом ходят на сборы резервистов, где, наконец, в перерыве между войнами идет постоянная война с террором и угрозой массовых терактов?

Возможно, ответ в том, что израильтяне воспринимают оружие, как необходимость, тогда как американцы считают его ношение своим правом. Если бы израильтяне чувствовали по-другому, они не носили бы оружие на улицах в таком количестве.

Американцы, воспитанные на второй поправке Конституции, не сомневаются, что они вправе носить в кармане пистолет. Не говоря о том, что, не зная десятилетиями ни войн, ни террора, они воспринимают свое личное оружие, как знак отличия, а то и красивую игрушку, в то время как отслуживших в армии израильтян приучили к тому, что оружие опасно и с ним нужно обращаться крайне осторожно.

По американским законам, массовым убийцей считается стрелок, одновременно убивший не меньше четырех человек. В Израиле же, не считая терактов, такое случилось за последние годы только один раз, когда в 2013 году неуравновешенный клиент банка в Беэр-Шеве убил четырех человек и застрелился.

В то же время в Америке было уже 1,500 массовых убийств, начиная с 2012 года. За это время было убито более 1,700 человек и 6,000 ранено. Статистика показываает, что в Америке оружия больше, чем людей, а у некоторых даже есть по десять и больше пистолетов, винтовок и автоматов.

Вопреки своему образу воюющего государства, Израиль жестко ограничивает право получения лицензии на хранение и ношение оружия. А, выдав лицензию, власти не менее жестко ограничивают число единиц оружия и боеприпасы (не более 50 патронов): разрешение выдается только на определенный вид оружия – чаще всего, пистолет. По официальной статистике, 40% прошений отклоняется, а лицензии выдаются лишь в том случае, если, по мнению властей, у просителя есть совершенно определенная нужда в оружии – например, у поселенцев. Лицензии необходимо возобновлять ежегодно, а раз в шесть лет владельцы оружия должны пройти психологическую проверку.

В последнее десятилетие командование ЦАХАЛа озабочено ростом самоубийств среди солдат (в среднем по 15 ежегодно), которые использовали табельное оружие. Недавно армия изменила инструкции, и солдаты, уходящие в продолжительный отпуск, должны оставить оружие на базе. В то же время в обычную увольнительную солдат приходит домой с оружием, что в этом году спасло жизнь многим людям. В самарийском поселении Халамиш террорист вошел в дом и убил трех человек. К счастью, в соседнем доме был пришедший на уикэнд солдат, который выскочил на крики с автоматом и застрелил террориста прямо через окно.

В Израиле тоже есть люди, убежденные в том, что надо догнать Америку, например, бывший депутат кнессета Моше Фейглин: «Я убежден, что право защитить себя и носить оружие – основополагающее право человека, а не то, которое вам дает правительство – сказал он. – Я говорю не об автоматах «Калашников» или М-16, а о пистолете для самообороны». По мнению Фейглина, каждый, кто служил в армии и знает, как обращаться с оружием, должен получить лицензию автоматически.

Надо думать, это мнение разделяет немало израильтян – как те, у кого есть оружие, так и те, у кого его нет.


6.10.17

После того, как новым лауреатом Нобелевской премии мира стала международная организация, ратующая за ядерное разоружение, нельзя не удивиться этому выбору на фоне ядерной угрозы со стороны Северной Кореи и Ирана, не говоря о желании чуть ли не половины Ближнего Востока поскорее обзавестись своей атомной бомбой.

Одновременно вспоминаются казусы прошлого, когда норвежский комитет проявил полную слепоту при выборе кандидатов.

С израильской точки зрения, было абсурдным награждать «нобелем» соавторов соглашения в Осло Арафата, Рабина и Переса, которые принесли не мир, а войну.

С общемировой точки зрения, еще абсурднее выглядело награждение президента США Барака Обамы, который только усилил войны везде, где пытался заниматься миротворчеством.

Поневоле приходишь к мысли, что между Нобелевской премией мира и миром давно нет ничего общего. Разве что один миллион долларов, который всегда пригодится и для мира, и для войны.

***

После двух референдумов – курдов и каталонцев, жаждущих независимого государства, неизбежно раздались голоса палестинцев, что им тоже положено. Им ответил бывший депутат кнессета и бывший главврач ЦАХАЛа, профессор Арье Эльдад в статье «Кому положена независимость?», опубликованной в «Маарив».

По мнению Эльдада, палестинцам она не положена по трем причинам.

«Первая причина, о которой, возможно, забыли: палестинцы – не народ. У них нет типичных признаков, определяющих народ: ни собственного языка, ни собственной истории национальной независимости, у них никогда не было своего государства, у них нет ни культуры, ни религии, отличных и отделенных от того, что есть у остальных арабов на Ближнем Востоке.

Вторая причина написана на языке, понятном любому политику в мире: языке интересов. У нас нет никакого интереса поддержать план, который, с нашей точки зрения , будет суицидным.

Третья причина, наиважнейшая и самая субъективная – Эрец-Исраэль принадлежит еврейскому народу. Это – наша родина, а не их. Ни один нормальный народ не отказывается от своей родины.

Поэтому, во имя исторической справедливости еврейского народа, который вернулся на родину; во имя права на самоопределение каждого народа, но не тех, кто народом не является; во имя интересов нам позволительно поддержать стремление к независимости других народов, и в то же время наш долг состоит в том, чтобы сражаться против подобных стремлений наших врагов».

***

«С милым рай и в шалаше» – это про Израиль, где на Суккот («праздник кущей») в шалашах сидит добрая четверть населения.


4.10.17

К очередной годовщине Войны Йом Кипур мелькнули воспоминания отставных военных о пессимизме Моше Даяна, который предложил Голде Меир в безвыходном положении использовать атомную бомбу.

Так это или нет, до сих пор не очевидно. Факт, что не использовали.

Зато другие слова Даяна в разных вариантах вызывают большее доверие. В первые и самые тяжелые дни войны он вызвал к себе редакторов газет и рассказал им о положении на Южном фронте, где провалилась израильская контратака. «Накрылся Третий храм» – сказал Даян.

В протоколе, опубликованном канцелярией Даяна через год после войны, этих слов нет. Но его критики воспользовались этой цитатой, чтобы доказать, что Даян не выдержал психологического напряжения первых дней войны и выразил опасение, что провал в Синае может привести к разрушению Государства Израиль.

Для Даяна было очень типичным мыслить в таких эсхатологических категориях в подобной ситуации, и его пресс-секретарь Нафтали Лави слышал, как Даян, подойдя к командующему ВВС Бени Пеледу, сказал: «Бени, на твоих плечах – Третий храм».

А двое отставных генералов слышали от Даяна после его инспекции Южного фронта: «Мы потеряли Третий храм». Ту же цитату приводил в свое время убитый террористами генерал запаса, министр Рехавам Зеэви.

Прошло 44 года с той страшной войны, к которой Израиль был не готов. Через восемь лет после нее не стало и Даяна – самого известного, самого оригинального, самого обаятельного, самого непредсказуемого и самого циничного израильского политика, который менял мнения, как женщин, думая больше о личной выгоде.

Третий храм, как принято метафорически называть Государство Израиль, выстоял, и сегодня уже очевидно, что он справится с любыми угрозами, на которые так щедр огнедышащий Ближний Восток.


3.10.17

По понятным причинам бойня в Лас-Вегасе вернула американцев к полемике о невыносимой легкости приобетения оружия, для чего не имеют никакого значения даже психические сдвиги покупателя. Цепочка проста и удобна: платишь, покупаешь, убиваешь.

Сравнение с Израилем показывает абсурдность положения еще ярче: в стране, где личная безопасность еврейских граждан зависит от того, где и когда рядом окажется террорист-смертник, лицензию на оружие получить не так просто. Разве что поселенцам отдается понятное предпочтение. Остальным же надо собрать кучу справок, пройти собеседование и убедить чиновника МВД, что пистолет не помешает не только тебе, но и – главное – окружающим.

Конечно, от психопатов и сумасшедших никуда не деться ни одному обществу – были и у нас серьезные убийства сразу нескольких человек. Но все же, как правило, вооруженным евреям (подчеркиваю, евреям, поскольку израильские арабы уже много раз присоединялись к террористическим организациям или брались за нож-топор-пистолет по своей иницативе) за последние семьдесят лет ни разу не пришло в голову окопаться на крыше небоскреба и палить по прохожим либо расстрелять школьников или студентов прямо в классе.

Тогда как в Америке все повторяется – в том числе бойня. Меняются города, клубы, школы, небоскребы – остаются только трупы. И тот же вопрос общественной полемики: надо или не надо ограничить право пользования оружием. Сколько копьев уже было сломано в этой полемике, а набитый оружием воз и ныне там – прямо рядом с кладбищем, куда свозят жертв великой американской демократии.

Как могло произойти, что постоялец спокойно пронес в отель сумки, набитые автоматами?

А так и могло, поскольку вторая поправка Конституции США позволяет всем желающим купить в оружейном магазине все, что им приглянется, без лишних расспросов. В тексте поправки, датированном 1791 годом, так и сказано: «Для безопасности свободного государства нужна хорошо оснащенная милиция, (поэтому) нельзя ограничивать право людей хранить и носить оружие».

А в Лас-Вегасе (штат Невада) вообще не склонны морочить голову постояльцам никакими расспросами. Приехал человек, заплатил деньги, снял номер – отлично. Кому какое дело, что его номер набит оружием, которого хватило бы на целый полицейский участок! В штате Невада единственное ограничение для мест, куда нельзя приходить с оружием, сделано для правительственных учреждений, школ, университетов, яслей, почтовых отделений и военных госпиталей. В остальных местах (включая отели) можно смело появляться с оружием – так, на всякий случай. В частности, на сайте отеля-казино «Мандалай-бэй» сказано, что постояльцам запрещается курить марихуану, но нет никакого запрета на то, чтобы превратить номер в склад оружия.

Почему оружейная полемика в Америке длится десятилетиями, почему ни конгрессу, ни президентам США не удалось решить этот вопрос, чтобы обезопасить американцев? Потому что подобные попытки раз за разом срывает мощное и агрессивное лобби Национальной стрелковой ассоциации, которое не позволяет расширить семейно-биографические проверки желающих приобрести оружие и с которым никто не хочет связываться. Почему? Потому что могут убить.

***

Другим полем боя (к счастью, без убитых) стала Каталония, которая давно хочет вернуться на триста лет назад – к своей независимости и своему языку, имея с Испанией только общую границу.

Но Испания, не желающая терять богатейшую провинцию, решила силой попрать чаянья каталонцев. Сила есть! С умом дело обстоит хуже, поскольку разгон референдума проходил в прямом эфире на глазах у всей Европы.

А Европа с содроганием взирает на происходящее, видя в каталонском демарше угрозу Евросоюзу и каждому из входящих в него государств, ибо в сегодняшнем мире вряд ли найдется хоть одна страна, в которой не было бы области, провинции или кантона, жаждущих отделиться в надежде стать самостоятельным государством.

Вот где пригодились вещие ленинские слова в качестве универсального девиза: «Прежде чем объединяться, надо размежеваться». Именно так поступили Чехия и Словакия. По тому же пути пошла развалившаяся на части Югославия. Сепаратистские страсти давно раздирают Бельгию, а у Великобритании от ее «велико» остались рожки да ножки: не хотят в ней состоять Шотландия и Уэллс... короче, как обычно, «Боже, храни королеву!»

Что уж говорить о созданной Лениным «интернациональной» державе, рухнувшей в одночасье, как карточный домик. Тогда как наскоро склеенный Союз-2, где полно желающих отделиться, держится исключительно на штыках и страхе.

Полвека Европа только и делала, что объединялась – сегодня все сильнее дуют ветры размежевания. На Ближнем Востоке лакмусовой бумажкой стал Курдистан. В Европе – Каталония.









вперед назад





ОБ АВТОРЕ БИБЛИОГРАФИЯ РЕЦЕНЗИИ ИНТЕРВЬЮ РАДИО АРХИВ ГОСТЕВАЯ КНИГА ГЛАВНАЯ СТРАНИЦА e-mail ЗАМЕТКИ